Сколько еще будет «жить» квартирник? Как сделать так, чтобы согласившегося на опрос еще и удержать до конца интервью? Каким должен быть интервьюер, чтобы его не ранили нелицеприятные высказывания обывателей про то, какой ерундой они занимаются? Как доходчиво объяснить респонденту, что при опросе важно именно его мнение (а не жены/мужа или самого интервьюера)?..
Перспективы квартирных опросов всегда обсуждались в разных форматах профессиональными кругами разного уровня. Интервьюеры рассказывают о том, как трудно попасть в квартиры, и как сложно соблюдать шаг. Агентства вносят коррективы в ранее разработанные правила проведения «квартирников» с тем, чтобы хоть как-то облегчить трудозатраты интервьюеров на поиски нужных для опроса людей. Некоторые от исследовательских компаний давно уже отказались от этого метода (слишком трудоемки, высокая недостижимость, нет интервьюеров, готовых работать на таких опросах).

Пока квартирный опрос остается одним из самых надежных (чтоб не сказать самым надежным), все чаще возникает вопрос, как с ним работать дальше при том, что пробираться в подъезды все сложнее. А призывать к гражданской активности население, утомленное от бесконечной политики во всех сферах жизни, практически бесполезно.

Те, кто работает с опросами хотя бы лет 5, помнят, как в начале их интервьюерства встречали социологов. А уж если завести разговор про то, как проходили опросы 10 лет тому назад и раньше, то тогдашнее радушие опрашиваемых покажется небывальщиной интервьеюрам, пришедшим в опросы в последние годы. Поэтому новички искренне изумляются, как можно ходить по квартирам тогда, когда никто в подъезд не пускает, а если пускает, то не хочет участвовать в опросах.

Вот и получается, что если берешься за квартирные опросы, думай, где взять интервьюеров, как их научить не только правилам работы по опросам, но еще и способом проникновения в закрытые подъезды через домофоны и суровых консьержек.

Со времен, когда размер анкет перестал учитывать психологические и физиологические особенности опрашиваемых и все чаще являет собой глубинное интервью в 90-120 минут, встал еще и вопрос неполных интервью. Когда не хватает мужества отказаться от проекта, где продолжительность интервью составляет эти самые 120 минут, приходится думать, как к этим анкетам подступиться: чем стимулировать опрашиваемого и как наказывать интервьюеров-нарушителей.

Все эти сомнения, вопросы и думы одолевают меня долгое время. В начале прошлого года терпеть терзания уже не было сил, — взяли и пригласили на фокус-группу наших старых (не по возрасту, а по опыту работы) интервьюеров.

Как это было читайте в отчете об исследовании